После развода и десяти лет отношений я вернулась к свиданиям в сорок пять. Тут выяснилось, что остальные люди всё это время тоже старели. Я как-то упустила этот организационный момент.
Дэниелу тоже было сорок пять. Симпатичный, смешной, разговаривать с ним легко. В волосах немного седины. У меня она тоже была, но свою я предпочитала объяснять освещением.
Дело оказалось не в его внешности. Просто представление о новом романе хранилось у меня со времён тридцатилетия и с тех пор не обновлялось. Я ждала прежнего ощущения, хотя принесла на свидание расписание, привычки сна и требования к стульям, приобретённые после сорока.
Он похвалил мои волосы. Я успела задуматься, не пытается ли он быть деликатным, и поймала себя: вечер приятный, а я мысленно составляю перечень возрастных изменений.
Тем временем Дэниел спрашивал о книге, которую я упомянула. И был гораздо интереснее воображаемого молодого спутника, с которым я его сравнивала. Тот вообще жил преимущественно в воспоминаниях и давно не сталкивался с необходимостью бронировать ресторан.
Я перестала нас разглядывать и включилась в разговор. Мы хорошо поужинали. Моложе никто не стал, но, когда я перестала считать это недостатком вечера, всё заметно наладилось.
Заново привыкать к свиданиям бывает непросто. Особенно когда прошлое годами редактировалось в памяти, а напротив сидит живой человек.
Дэниел предложил встретиться ещё. Я согласилась. Выбрали время, чтобы потом оба могли выспаться. Неожиданно романтично получилось.